Nietzsche, penseur de l’histoire. Du « sens historique » à l’exigence généalogique (2022)

Denat, Céline2026-09-13

1. Общее описание

Статья французской исследовательницы Селин Дена посвящена комплексному анализу того, как Фридрих Ницше на протяжении своего творческого пути переосмыслял понятие истории и разрабатывал концепцию «исторической философии» (historische Philosophie). Автор решает проблему укоренившегося в исследовательской литературе мнения, будто история интересовала Ницше лишь эпизодически (в частности, в его раннем трактате «О пользе и вреде истории для жизни»). Дена убедительно доказывает, что историческое измерение является сквозным методом всей его мысли, который последовательно эволюционировал от классической филологии к концепту «исторического чувства», затем к «естественной истории морали» и, наконец, к зрелой генеалогической процедуре.

В рамках этой работы Дена детально реконструирует многостороннюю полемику Ницше. Во-первых, он выступает против традиционного метафизического эссенциализма своих предшественников (таких как Платон, Кант или Лейбниц), обвиняя их в «первородном грехе философов» — полном отсутствии исторического чувства, из-за которого они абсолютизировали вечные понятия и игнорировали категорию всеобщего становления. Во-вторых, Ницше полемизирует с классическим философским пренебрежением к истории, идущим от Аристотеля (считавшего историю менее благородной и менее философской, чем поэзия, из-за её привязанности к единичному) и Шопенгауэра (утверждавшего иллюзорность любого становления). Наконец, Ницше ведет жесткую критику современной ему академической науки и классической филологии за бесплодную и сухую эрудицию, культивирующую «объективное» знание, оторванное от реальных потребностей жизни и парализующее культуру.

Опираясь на досократическую традицию исследования природы (historia peri phuseôs), идеи Гераклита и Эмпедокла, Ницше стремится преодолеть классический дуализм души и тела. Он интегрирует историческую строгость (in historicis) с психологической проницательностью (in psychologicis) и физиологическими законами (in physiologicis), утверждая, что человеческая культура и моральные концепты неразрывно связаны с биологической эволюцией живых организмов.

2. Основные тезисы

На основе введения, заключения и ключевых разделов статьи можно выделить следующие фундаментальные тезисы:

Философия должна стать полностью исторической. Подлинная философия совпадает с «максимальным расширением понятия "истории"». Она отказывается от вечных истин и изучает то, как любые ценности и понятия рождаются в процессе непрерывного становления и даже во взаимодействии со своими противоположностями.
Преодоление «исторической болезни» силами самой истории. Накопление избыточных исторических знаний в XIX веке парализует культуру и превращает её в «варварство». Однако избавление от этой болезни заключается не в бегстве от истории, а в её практическом применении — через избирательное (селективное) знание, служащее потребностям жизни.
Генеалогия как синтез истории, физиологии и аксиологии. Генеалогический метод Ницше интегрирует в себя «историю» и «естественную историю». Он выходит за рамки простого описания происхождения понятий, вводя ключевой аксиологический критерий — оценку ценности самих моральных ценностей с точки зрения того, способствуют ли они процветанию и восхождению жизни или же вредят ей.
Отказ от поиска абсолютных оснований. Генеалогический поиск истоков не ведет к обнаружению первоначального незыблемого фундамента (Grund), а напротив, обнажает всё большую множественность, сталкивая исследователя с признанием бездонной и принципиально непостижимой бездны (Abgrund) становления.

3. Краткое описание разделов статьи

I. Philologie classique et histoire : l’« inactualité » du philosophe (Классическая филология и история: «несвоевременность» философа) Раздел посвящен раннему периоду мысли Ницше, начиная с «Рождения трагедии» (1872). Дена показывает, что Ницше как филолог неизбежно выступал и как историк, сопоставляя упадок современной немецкой культуры с различными периодами античной Греции. Он критикует академическую «науку о древности» (Altertumswissenschaft) за увлечение поздней («сократической» или «александрийской») рациональностью и игнорирование более ранних, жизненно наполненных эпох. Во втором «Несвоевременном размышлении» Ницше формулирует знаменитый принцип: «история должна сама решать проблему истории». Он выделяет три формы истории — монументальную, антикварную и критическую — доказывая, что каждая из них легитимна лишь тогда, когда служит конкретным жизненным потребностям человека. Здесь же вводится понятие «исторического чувства» (historischer Sinn) как психофизиологической способности человека соотноситься с изменчивостью реальности, при этом отмечается, что древние греки в период своего расцвета сохраняли спасительное «неисторическое чувство».
II. Les paradoxes du « sens historique » moderne (Парадоксы современного «исторического чувства») Автор анализирует парадоксальный характер «исторического чувства» у современного человека. С одной стороны, это величайшая «добродетель» и «шестое чувство» XIX века, позволяющее улавливать уникальность прошлых эпох. С другой стороны, это тяжелая «болезнь», порождающая паралич воли, всеядную толерантность и неспособность совершить выбор. Современный «европейский гибрид» (Mischmensch) использует историю как «склад костюмов», меняя маски, ни одна из которых ему не подходит. Этот хаос вызван глубоким физиологическим противоречием — результатом смешения аристократических (благородных) и демократических (рабских) ценностей в европейской истории. Спасение от этого паралича возможно только для «благородных» умов, способных превратить историческую болезнь в силу: они должны применить селективный инстинкт познания и вкус, используя историю как «лабораторию» для отбора великих примеров и подготовки возвышения человеческого типа.
III. Du « sens » à la « philosophie historique » (От «чувства» к «исторической философии») В этом разделе рассматривается переход к «исторической философии», провозглашенный в «Человеческом, слишком человеческом» (1878). Ницше противопоставляет её традиционной метафизике, которая мыслила жесткими дуализмами и избегала вопроса о том, «как нечто может возникнуть из своей противоположности» (например, альтруизм из эгоизма, истина из заблуждения). Историческая философия Ницше характеризуется тремя аспектами: вниманием к становлению, фокусом на сингулярностях (различиях между эпохами, классами, страстями) и интересом к чужому/другому, что обеспечивает «несвоевременность» философа и его независимость от сиюминутных ценностей современности. Дена подчеркивает, что этот подход радикально порывает с традицией Аристотеля и Шопенгауэра, девальвировавших историю, и фактически возрождает досократическую «историю природы» (historia peri phuseôs), исследующую процессуальный характер реальности.
IV. De « l’histoire » comme « histoire naturelle » à la « généalogie » (От «истории» как «естественной истории» к «генеалогии») Ницше стирает грань между человеческой историей и историей естественной, стремясь вернуть человека в лоно природы как биологический организм. Автор прослеживает строго упорядоченную эволюцию терминологии Ницше, отражающую углубление его метода от книги к книге: от «Истории моральных чувств» (1878) к «Естественной истории морали» (1886) и, наконец, к «Генеалогии морали» (1887). Переход к «естественной истории» позволял рассматривать сами моральные чувства как живые организмы, которые рождаются, растут, размножаются и гибнут в зависимости от физиологических потребностей. Однако и история, и естественная история были лишены явного ценностного измерения. Окончательный выбор термина «генеалогия» решает эту проблему. Генеалогия не просто изучает происхождение ценностей, но и выносит им аксиологическую оценку (выясняя, служили ли они упадку или возвышению жизни). Кроме того, метафора генеалогии подчеркивает отказ от догматического поиска единого первоначала (Grund), утверждая вместо него неизбежность признания бездонной и непостижимой бездны (Abgrund) человеческого становления.

Похожие